Хой.
[info]kurashev
Сегодня в нашем дурдоме, с поэтическим названием «Психиатрическая лечебница №6», (в котором, как, несомненно, выяснят пытливые историки, и находился в самое черное свое время жизни поэт), появилась новая обитательница, среди прочих больных душ. Офелия, без неизъяснимой грусти, внешне – лет 15 или 25, похожа на Алиен (девочку Филидора), только более светлей, изящней и одухотворенней. Чистое сознание – что может быть одухотворенней? Я полчаса слушал у поста сестер ее диалог с Ольгой Викторовной, до этого она стояла в очереди, ломкий, высоко-шелестящий голос – вы туда? вы туда? Вокруг обычный бред старух – сидеть не могу, стоять не могу, вену на ноге вырезали, а нахрена спрашивается… Она ломким голосом – зачем вырезали? Зачем вырезали? Никто не отвечает. Вы туда? Я тоже, я тоже туда… Потом Ольга Викторовна (милая, милая медсестра, просто милашка) объясняет про прием каких таблеток и когда и зачем. Сотни вопросов в ответ - а эти золотые рыбки существа мужского или женского пола? А как они размножаются? А перед анализами можно есть и пить? Девочка просто плохо понимает, - шепотом говорю я злым старухам… Потом я увидел, как она берет в гардеробе свое серенькое пальтишко, и нарочно вышел на крыльцо, чтобы покурить в приятные минус двенадцать северного ветра. Она вышла. До свидания, Катя, - сказал я ей с самой прекрасной из своих улыбок. Ее лицо озарилось светлым, - до свиданья, сказала она и спросила – а ты существо женского или мужского пола? Что? – спросил я. А ты существо женского или мужского пола? - повторила она свой вопрос. Мужского, - наконец ответил я. А мне казалось, я тебя видела, я тебя видела, - она продолжала улыбаться, на Сибирском тракте, в четвертом отделении… Нет, Катя, ты путаешь, я, правда, там лежал, но в третьем отделении, может на аллее между этими отделениями… А мне казалось, это ты, это ты… Меня зовут Станислав, - сказал я. Я все равно не запомню,- улыбнулась она, - и еще мне мама запрещает разговаривать на улице с людьми… Это правильно, это очень правильно, до свидания, Катя… До свидания, - она улыбнулась мне как самому близкому человеку на свете. Ничего не перепутай с анализами и таблетками! – крикнул я ей вслед… Федор Михайлович, наверное, придумал бы какой-нибудь заковыристый конец или просто бы написал тут еще страниц четыреста, но мое перо легче и изящнее и поэтому я просто пишу в конце – хой!, как говорят старики в бурятских юртах, когда сказано уже все и добавить к сказанному уже – нечего.

26.10.09.

мышь сломала крыло о фонарный столб
[info]kurashev
итак мои друзья (которых нет) жизнь продолжается чего я только не видел за это время и где только не лежал
сейчас я на стационаре в психиатрической больнице номер 6 и мне там кстати нравится - сумасшедшие гораздо лучше нормальных людей
через два дня будет суд надо мной на мне висит три статьи прошлый раз суд перенесли из-за того что я представил справку что нахожусь на учете у психиатра
характерно что потерпевших и свидетелей было штук 20 а я был совершенно один никто из так называемых друзей не пришел меня поддержать
у меня даже знакомых нет мне обидно не за себя мне обидно за них
у меня нет друзей

хотел в алма-ату - уехал в воркуту (поэтическое эссе)
[info]kurashev
Жена сдала меня ночью, когда я мирно спал, вошли она и двое ментов, они были веселые и приветливые и сразу заковали меня в наручники
с одной стороны мой коэффициент интеллекта выше всех вместе екатеринбуржцев вместе взятых, но и со своей стороны они были правы, они даже дали мне покурить, кто курил в наручниках за спиной тот поймет какое и это даже счастье
так ты че блядь писатель сказал мне один из них довольно небрежно смахнув стопку моих книг с полки и подняв одну с пола - че может типа подаришь почитать (сказал он в качестве дружеской шутки) да ради бога (с ласковой ненавистью ответил я)
жена все время маячила где-то на заднем фоне видимо не желая встречаться со мной взглядом
я их слезно и ласково упрашивал меня не забирать зная по опыту что куда бы они меня не забрали там будет очень и очень плохо
все бригада приехала ну че к нам поедешь или в дурку давай братан хоть носки то надень снимите суки наручники блядь какого хуя ты их так вдавил сказал я уже с открытой ненавистью меня дасково ударили дубинкой сняли наручники и дали одеть штаны футболку и носки снова надели наручники
потом меня вдавили лицом в стену сняли наручники и их заменили узлы скорой те блядь узлы особенного материала от которых сразу же синеет кожа
сигареты сука на столе Юля кричал я сигареты принеси в карман мне засунь сигареты блядь зная что там без сигарет будет вообще пиздец
жена выглядывыла из-за дверки и так ничего и не сказала мне
потом меня посадили в скорую - главный благообразный русский старик узбек и молодой русский узбек держал сзади меня за вязку и усадив на носилки несколько раз со всей силы ударил в живот русский в это время держал меня за шею типа в назидание у меня блядь пошла горлом кровь - скажите суки фамилии свои повторял я узбек успокоившись при каждом моем слове просто туже затягивал узел на запястьях а русский в это время спокойно читал газету
вы что блядь садисты вам что похуй все спросил я у главного - а что случилось сказал мне главный? я ничего не заметил может вы ребята заметили?
если бы они например отрезали мне голову это не выглядело бы так отвратительно
потом меня привезли меня привязали четырьмя вязками к кровати что-то типа дыбы я не мог пошевелиться и мне так было хреново кровь горлом иногда шла а по венам вообще почти не шла после наручников вязок с скорой и особых вязок которыми психов привязывают к койкам
я начал орать от жуткой боли прибежал какой-то гном надсмотрщик проверил вязки и сказал что до утра я не сдохну и ушел
на соседней кровати спал тоже привязанный в тяжелом бреду а еще через кровать спал свободный человек - я начал ему шептать - эй братан эй братан и так полчаса он был в наркотическом полусне (как и на следующий день) помоги братан дай попить а (я любил его как ни одну женщину) он вдруг очнулся и кое-как подошел к кровати и дал мне воды у него была бутылка минеральной я чуть не захлебнулся сигарету братан (Жена- сука) дай а дай пожалуйста ...тут нельзя бродяга засекут пиздец... братан ну ты видишь я подыхаю он вставил мне сигарету в рот и я выкурил ее в четыре затяжки брат брат чуть чуть освободи левую руку у меня кровь не идет ладно братан счас мне так же хуево было вчера он начал возиться над вязкой левой руки и тут вбежал гоблин с дубинкой и еще парой санитаров - они так же привязали его как меня а мне видимо в назидание еще туже затянули узлы на руках и ногах
дайте укол суки орал я в ночном бреду развяжите руки у меня кровь не идет блядь
но никто так и не пришел
никто так и не пришел

(no subject)
[info]kurashev
жена с помощью милиции сдала меня в дурку где и пролежал два дня
потом жена упросила врачей меня отпустить - ощущения охуительные, особенно когда за ноги и за руки привязывают к кровати
похлеще чем в "21" дне
еадо что-то решать

(no subject)
[info]kurashev
Кузаков - Чего ты мелешь, опомнись. Кому она нужна твоя смерть, подумай сам ему она нужна?Мне?...Да и тебе она не ненужна. А если тебе не нравится твоя жизнь, ну и отлично, живи по другому кто тебе мешает? И не суди по себе, не думай о людях скверно...
Зилов - Ладно, хватит..

Вампилов "Утиная охота"

(no subject)
[info]kurashev
наверное у меня в самом деле белочка (как говорит моя жена) или сумашествие как говорят мои соседи
вчера приклеил на своей и общей двери 4 послани я с общим смыслом - оставьте меня в покое
и кто-то эти послания сорвал уиром вышел с топором стучал в двери никто не отвечал
вырывал читсые листы из английскогг словаря жены потом она откуда-то нашла и дала мне чистую бумагу чтобы я мог писать соседям
жена вчера ездила домой к родителям привезла пирожки с мясом ее мать очень лояльно ко мне о тносится как и я к ней я ей раньше всегда покупал и посылал с женой книги Агаты Кристи и не только кторуюьона любит но из-за бедности не может покупать а она мне в ответ пирожки
такие дела
жена еще сказала что не хочет везти но мать ее сказала тоипа для Стаса и меня это тронуло
грустно все этотоварищи

реальность
[info]kurashev
господи как я ненавижу ту клетку дома куда меня загнала судьба
у соседей всегда ко мне претензии при том что я уже полгода не играю на гитаре (порвалась одна струна а пойти купить мне лень) и так далее
а ведь мы все типа русские люди типа соотечественники
дверной звонок у меня всегда отключен как и телефон но нет эти твари стучат в дверь - зачем?
я их ненавижу всем сердцем - если б я был сильней я бы просто убил их - я ненавижу когда стучат ко мне в дверь
достал с балкона топор написал им сообщение и приклеил скотчем к двери - у меня рядом с дверью лежит топор и если кто-то еще постучит ко мне в дверь то я просто его убью, я - законопослушный гражданин плачу налоги и ЖКХ и если государство меня не защищает то мне придется защищаться самому подумайте об этом твари когда в следующий раз захотите постучить в дверь
вот такая типа жизнь поэта

Классификация любовь Д. (начало той рукописи которую читал Зигфрид)
[info]kurashev
Классификация Любовь Д.

Любовь моя, я нашла кристаллическую поэму внутри кратера Тихо Браге, в северо-северо восточном углу.
О, там было написано, что я теперь буду жить вечно…
В нашем Лейпциге до сих пор средневековье, и галлы, и гунны, и женщины так светловолосы, а некоторые даже – золотоволосы, и свастика это всего лишь символ дракона или единорога, позабывшего свое назначенье.
Во всяком случае, небо, нисколько не изменилось.
Люди добились таких успехов в навигации, астрономии, топографии, металлургии и бог знает, в чем ещё, а я всё продолжаю играть роль принцессы в заколдованном замке.
Сегодня в школе была увлекательная игра – кто дальше бросит учебную гранату, о, они такие веселые, спортивные, такие отчетливо здоровые, и я, – почувствовав отвращение - отговорилась болезнью и меня отправили к врачу.
Я представила, что у меня учащенное биение сердце, потом температуру тела 38 градусов, доктор осмотрел меня и сразу же отправил домой, дав мне какие-то порошки в синей обертке и кучу советов, как побыстрее излечиться.
Я вышла на школьный двор со спасительным освобождением в руке, они все ещё веселились на спортивной площадке, они были – одно, и все вокруг было – одним, и только я – бессмысленной тенью - портила фон пейзажа, словно новая Изольда, Брунгильда, Эвридика?
Что с того, что вокруг одни Адольфы, я не имею никакого желания быть – Евой.
Я медленно пошла в старую часть города, приложив воображаемый лед ко лбу и грудной клетке.
Ах, как мне стало холодно и хорошо, температура сразу же спала и удары сердца стали спокойны.
Иногда, мне кажется, что я невидима, насколько я не там и не здесь, а они все либо там, либо здесь.
Я шла и жалела их – бедные насекомые, бескрылые птицы; а потом ненавидела, а потом обратилась в обычное безразличие.
Я живу на Луне, в маленьком лунном городе, а здесь я только проездом, здесь я только в непродолжительном изгнании, я просто путешествую, укрывшись плащом, я удивляюсь странной земной жизни, я дышу непривычным воздухом Земли.
Те горы на горизонте, о, разве они не похожи на мои лунные кратера, если смотреть на них вечером, полузакрыв глаза?

Я дошла до рыночных рядов, до собирательниц странных земных трав, я вдыхала их запах, не находя аналогов в своем мире.
Потом мне захотелось мороженого, и я переменила свой широкий плащ обратно на школьное платье, у меня не было ни одной рейхсмарки (ах, я бедная, бедная) и после долгого высматривания жертвы (им оказался мальчик моих лет, в очках, и с каким-то тусклым фолиантом подмышкой), попросила его купить мне абрикосовый брикет мороженого.
Он очень удивился и после грустных размышлений, все-таки встал в очередь любителей льда и купил два брикета.
Спасибо, - искренне сказала я, улыбнувшись прекрасною улыбкой.
Рыцаря в очках, покупающего абрикосовое мороженое незнакомкам, звали Дитрих, и он шел в библиотеку, я хотела назваться Клеопатрой или Иоанной, но потом вдруг назвала ему настоящее имя – Элльга, не Хельга, не Ольга, не Илга, а – Элльга.
Я снова укрылась плащом и пошла вместе с туземцем по направлению к библиотеке, раз я просто гуляю в чужом городе, какая разница куда идти?
Я красивая, Дитрих? - спросила я его, мне вдруг стало любопытно, как туземцы воспринимают мою красоту.
Да, Элльга, - очень серьезно ответил он, - вы очень красивая.
Это потому что я живу на Луне, - объяснила я ему, - в маленьком лунном городе, рядом с кратером Тихо Браге…
А я живу здесь, - грустно сказал он, - в Лейпциге.
Ах, вот как этот город называется, - сказала я с иностранным акцентом, и задала следующий вопрос, - как вам мой плащ с рунами и звездами?
Он взглянул на школьную форму, обращенную в плащ, потом на мою полумаску и гиацинты в волосах, и тихо сказал, - он вам очень идёт…
Ах, какой вы забавный, Дитрих, - царственно произнесла я, - хотите заболеть, лежать в постели, и думать, что умираете?
Зачем, Элльга? – тихо спросил он.
Просто так, - я представила, что у него озноб, жар, лихорадка и сильнейшее сердцебиение, то есть – симптомы любви, но на него это не подействовало.
Мы дошли до колонн библиотеки и распрощались.
Он очень несмело предложил угостить меня мороженым или шербетом или ещё чем-нибудь в какой-нибудь следующий раз, и я сразу увидела, как он будет копить деньги, отказывать себе в чем-нибудь и так далее.
Хорошо, - сказала я, - если не запутаюсь в земных календарях, то может быть, я буду здесь, у этой колонны, ровно через неделю, или если не уеду, куда-нибудь дальше – в Персию или Бразилию, - добавила я с какой-то неожиданной злобой, и, повернувшись, быстро пошла прочь.
О, мое бедное сердце, - думала я по привычке, я чувствовала, что мой разум заполнен красным и черным, я села на какую-то скамейку и обняла виски ладонями, представив, что мои руки излучают мягкий, белый, исцеляющий цвет и мне сразу стало легче.
Я живу в маленьком лунном городе – лунные окна, выходящие в лунный сад, где я выращиваю розы и гиацинты для моих волос.
Мимо проходили солдаты фюрера – я совсем не разбираюсь в их знаках отличия – и мои мысли прервались, они улыбались мне, видя хорошенькую девочку на скамейке, а я видела смерть в их глазах, неотвратимую и бессмысленную.

9.12.06.

Другая мама Коралины.
[info]kurashev
Сижу, пью водку как обычно.
Смотрю во второй раз "Коралину в стране кошмаров".
Все в принципе нормально.
Мультфильм - лишнее потверждение того, что без хорошей книги ничего не сделаешь.
Причем, книга все равно лучше, несмотря на просто великолепную анимацию, музыку и так далее.
Мне почему-то всегда жалко Другую Маму.
Мне всегда жалко чудовищ.
Легко изобразить чудовище, но никто даже не пытается понять, отчего все это произошло, почему вообще появились пуговицы вместо глаз, и почему она сразу не пытается забрать (сьесть) душу Коралины, а наоборот проявляет свою любовь, типа могут быть конечно ограничения, наложенные неизвестно кем, что может быть Коралина, сама должна пришить пуговицы и так далее, и только тогда Другая Мама обретет над ней власть, но это как-то малоубедительно.
Главное, в том, что она ее любит и тех детей, кто были до Коралины, она тоже любила.
Это сложно понять.
Она вынуждена это делать и старается делать это так, чтобы причинять как можно меньше страданий.
Если для Первой Мамы - жизнь это составление Садоводческого каталога, то для Другой Мамы, это пуговицы и ее странная сила, которая в сущности так слаба и почти беспомощна.
И то и иное, как ни странно - двигатели жизни.
Кто задумывается о том, что дает ей силу - души детей, или возможность любить их и возможность ответной любви, которая никогда не возникает, потому что Другой Маме, в сущности нужна Другая Коралина, но в том и этом мире есть только просто Коралины.
Мертвые дети убеждают Коралину в том что Другая Мама это чудовище, но только на основании собственного опыта, кто знает если бы Коралина согласилась, то может быть она действительно увидела бы мир по новому.
Есть великолепный рассказ Мартина "Злоцветы" - это перевернутая "Коралина" Геймана.
И там все иначе.
Мир Другой Мамы - необычайно грустен, прекрасен и бесплоден , где она может создавать только фантомов в ожидании живой любви.
Это единственное, что и имеет смысл и в книге и экранизации.
Кстати, заметил кто-нибудь, что в мультипликационном фильме, справа от двери Первого мистера Бобински стоит большой пустой деревянный ящик с надписью на чистом (даже можно сказать - литературном) русском языке - СЫР.
Что бы это значило с точки зрения проблемы пуговиц?

Сожжение Хром.
[info]kurashev

не знаю отчего но "Сожжение Хром" для меня отчего-то очень похоже на "Сожжение Лондона" моей любимой группы "Clash"
наверное из-за того что я питаю пристрастие к несчастливым судьбам длившимся недолго
"Clash" давно мертвы но Гибсон еще жив
и в принципе они нравятся только пидорасам в возрасте христа типа меня
есть ли еще в этом городе люди которым нравится "Clash" я глубоко в этом сомневаюсь
что я хочу сказать - мне нравится период подьема который есть молодость талант и сила
и куда это потом девается?
с этой точки зрения дебютный альбом "Clash" это феноменальная вещь
он напоен (наполнен) силой и ненавистью
поэт не может питаться любовью но он может питаться ненавистью
странно что у меня в голове эти две вещи соединены - "Сожжение Хром" это бесконечно грустная вещь наполненная ненавистью и той силой которую дает только молодость а "Clash" в принципе никогда не писали грустных песен
мне не нравится разрушение творчества - Гибсон написавший "Зимний рынок" "Сожжение Хром" и потом "Нейромант" в сущности не имеет ничего общего с тем человеком который написал потом "Идору" "Мона Лиза овердрайв" и так далее

Еще я думал о Хром. О том что мы убили ее, уничтожили так же верно, как будто перерезали ей глотку. И ночь, которая вела меня сейчас своими площадями и улицами, уже обьявила на нее охоту. Ей некуда было деться....

после дебютного альбома с такими великолепными вещами как "Белый бунт" "Сожжение Лондона" "Ненависть и война" и так далее группа в сущности умерла  хотя было написано потом много отличных песен типа "Великолепная семерка" "Испанские бомбы" и так далее но все это словно бы подчеркивало смерть
для меня вообще лучшая западная группа  это "Роллинг стоунз" ей не повезло что она существовала во времени с "Битлз"  это было нечто вроде соперничества Достоевского с марининой и конечно "Роллинг стоунз" с их бесконечной сложностью были неконкурентоспособны
"Clash" мне нравится не своими сложными рифмами типа "religion - television  working - stocking" а своей необычайной силой той изначальной силой ненависти которая почти и есть гений
в конце концов как написал поэт - everybody driving for hell light...




Обратно она уже не вернулась. Иногда я вижу - эти глаза ее. Но ни одно из лиц, ни одно - никогда не принадлежит ей. И вдруг мне начинает казаться, что где-то далеко-далеко, на самом краю Муравейника, за гранью ночи и в стороне от всех городов, она машет мне на прощанье рукой...

Станислав Курашев. (на заднем плане, на переднем Абигайль, Дэвид и Джордж, рождество 2003)
[info]kurashev

Карина, я дождусь.
[info]kurashev

еще одно покаяние
[info]kurashev

покаяние
[info]kurashev

выход
[info]kurashev

мальчик с далекой звезды
[info]kurashev
Анне Швец

1. (сентябрьская река)

Луна была обычного цвета Луны, но вот вода оказалась безумно холодной.
Джуманджи был готов к этому, но все равно почувствовал резкий ледяной шок, при первом соприкосновении с поверхностью реки.
Он знал, что рано или поздно свиньи найдут его укрытие, то спокойное пространство за ремонтным щитом на левой стороне моста, где он так часто прятался в ожидании новой жертвы.
Может быть, они заметили сотни золотистых фильтров на земле, они очень хорошо знали его привычки, а Джуманджи всегда курил только золотистые египетские сигареты.
Впрочем, это уже было неважно, они бежали к нему со всех сторон, Джуманджи замешкался, ослепленный безумным
светом прожекторов, но потом, все-таки легко перепрыгнул через перила моста и, успев выплюнуть золотистый фильтр сигареты и сделать самый последний чуть не разорвавший легкие вдох, перед тем как погрузиться в ледяную воду.
Сквозь воду он слышал крики свиней и звуки беспорядочной стрельбы, он плыл под водой, сколько мог, пока, наконец, ему не пришлось вынырнуть на поверхность.
Погони не было, свиньи остались на мосту, пытаясь разглядеть его в черной воде.
Джуманджи плыл еще минут десять, пока не решился вылезти на берег.
Настроение было хреновое.

2. (ненужная встреча)

На скамейке, на берегу реки, сидел человек в капюшоне, внимательно наблюдая за Джуманджи, который, пошатываясь, поднимался по крутому берегу вверх.
Человек откинул капюшон и Джуманджи узнал его, несмотря на ночь и его черные очки, и даже, несмотря на то, что он никогда не видел его раньше.
Это был мистер Блэк.
Тебе все еще везет, Джуманджи, - чуть-чуть растягивая гласные, произнес мистер Блэк.
Чего тебе нужно? – поинтересовался Джуманджи, сигареты безнадежно промокли, и еще кажется, он повредил ногу во время падения с моста.
Мои деньги, Джуманджи, - ответил мистер Блэк, - мне просто нужны мои деньги.
Он держал в руке что-то похожее на телефон, но когда он повернул светящийся экран к Джуманджи, тот понял, что это не совсем телефон.
Он застыл в узком луче света, не в силах пошевелиться, словно скованный невидимой цепью.
Семь дней, Джуманджи, - сказал мистер Блэк, - и не надо меня искать, я сам тебя найду, да и еще отложи на время свои дела в сторону, постарайся никого не убивать за эту неделю.
Светящийся экран погас и Джуманджи беспомощно повалился на траву.
Он взглянул на скамейку, но там уже никого не было.

3. (голоса в лифте)

Он долго грелся в баре у своего дома, вспоминая перипетии сегодняшнего, такого трудного и такого долгого дня.
У него было слишком мало информации о мистере Блэк, он даже не был уверен в том, что это именно мужчина.
После шестой рюмки, он пошел домой в свою квартиру, в которой не было даже кровати.
Спал Джуманджи на пенопластовом ложе, в окружении пустых бутылок и ампул.
В лифте кто-то повесил зеркало, на котором уже кто-то успел написать – «Марсиане, возвращайтесь домой».
Мне нет места на этой планете, - внезапно подумал Джуманджи, - да и вообще в свободном космосе, - мне нигде нет места.
Лифт поднимался бесконечно долго, пока Джуманджи не понял, что лифт остановился.
Кнопки не действовали, диспетчер не отвечал, только слышалось какое-то электрическое гудение.
Джуманджи достал из внутреннего кармана плоскую деревянную коробочку, в которой находился шприц.
После укола он бессильно опустился на грязный пол лифта, стены становились прозрачнее, и казалось лифт снова начал свой подъем.
Внезапно зазвонил телефон, номера которого Джуманджи никому не давал, голос с той стороны молчал, но потом Джуманджи расслышал очень тихие слова мистера Блэк – семь дней, Джуманджи…
Из динамика доносилось пение – там пела маленькая девочка что-то грустное и непонятное, Джуманджи не удавалось разобрать ни одного слова.
Вдруг голос замолчал, и стены лифта наконец-то обратились прозрачным стеклом, лифт стоял на верху горы, а внизу во все стороны было прекрасное море, а наверху были прекрасные облака.
Когда Джуманджи уснул, он улыбался.
Пробуждение было ужасным, лифт по-прежнему стоял, левая рука с которой он позабыл снять жгут совершенно омертвела, лишенная притока крови, он кое-как развязал жгут и потрогав руку, закричал от боли.
Диспетчер по-прежнему не отвечал, он долго сидел на полу, просто слушая голоса спускавшихся по лестнице людей, в его матрице им не было места, и он слушал с удивлением – как кто-то просит купить хлеба, либо прийти с работы пораньше, потом он услышал голоса двух школьниц, идущих в какой-то театральный кружок, они говорили свежими молодыми голосами – а теперь изобразите грустное дерево, а теперь взволнованное дерево, а теперь брошенное дерево, после каждой фразы они смеялись.
Он опять впал в забытье, когда он очнулся, лифт уже двигался вполне свободно, но Джуманджи не стал подниматься наверх в свою квартиру, а наоборот спустился вниз и вышел из подъезда.
Он решил никогда больше не возвращаться в этот дом.

4. (В поисках мистера Блэк)

Свет Луны сквозь подвальное окошко ни хрена не освещал и все в подвале было каким-то призрачным и холодным.
От старика пахло каким-то отвратительным старческим запахом, какой-то застарелой мерзостью.
Мистер Блэк? – переспросил старик высоким фальцетом, - Я не знаю никакого мистера Блэк? Да и кто он такой вообще, твою мать?
Джуманджи выстрелил ему прямо в лицо, просто чтобы не слышать больше этого голоса, потом он, прихрамывая (нога болела все сильнее), подошел к упавшему телу, и – как он делал всегда – еще трижды выстрелил старику в голову.
Он плохо помнил, как он очутился в подвале и почему он решил, что старик что-то может знать о мистере Блэк.
Пространство матрицы распадалось, он все меньше мог контролировать ход событий.
Перед тем как уйти из подвала, он достал из кармана недлинного черного пальто с поднятым воротником, вкладыш (как он их называл) и приклеил его на ржавую дверь холодильника, рядом с изображениями Микки Мауса, Человека-Паука и прочей мерзости.
Это был его фирменный знак, он всегда оставлял вкладыши на местах убийств.
Вкладыш был просто маленьким квадратиком бумаги, на котором он рисовал картинку и это всегда был портрет Маленького Принца, а под рисунком он всегда писал легкоизящным шрифтом одну и ту же надпись – Мальчик С Далекой Звезды…
Обратная сторона бумаги была сделана из самоклеющейся поверхности и рисунок невозможно было отодрать, и поэтому коллекционерам, которых становилось все больше, приходилось покупать вкладыши Джуманджи вместе с куском поверхности, на котором они были наклеены.
В будущем и эта ржавая дверца должна была занять почетное место в каком-нибудь австрийском или бразильском особняке, сопровожденная легальной историей, с фотографиями с места убийства и прочим бредом.
Джуманджи мог бы зарабатывать огромные деньги, просто продавая вкладыши, но он не делал этого, потому что, как он считал это противоречило бы законам матрицы.
Он мог менять пространство внутри нее, но он не был властен над ее изначальными условиями.
Как все это началось, он не помнил, он всегда просто делал то, что и должен был делать.
В этой матрице все знали, что им нужно делать, во всяком случае, так думал он сам.

5. (мост из светящегося стекла)

Мистер Блэк звонил каждый день, но больше не говорил ни слова, то в трубке звучал чей-то смех, то звучало струнное барокко.
Джуманджи уставал все больше, он достал денег, совершив еще несколько убийств, но он не знал, достаточно ли этого, потому что мистер Блэк не сказал ему, сколько он должен ему денег.
Золотистые сигареты как-то утратили свой вкус и на их мертвых фильтрах все чаще оставались розовые пятна крови.
Пространство матрицы сворачивалось и похоже начинался обратный отсчет.
Джуманджи всегда выбирал окольные пути, избегая центральных улиц, он наизусть знал все пустыри, высокие травы рядом с заброшенными бараками, слепые проходные дворики, весь этот искалеченный мир.
И вечером седьмого дня он шел около километра по железнодорожному полотну на окраине города, пока не вышел к светящемуся мосту, он стал подниматься по ступенькам виадука и, поднявшись, он понял, что мистер Блэк, знал его привычки куда лучше, чем он сам, потому что человек в конце светящегося моста откинул капюшон, и он увидел его черные очки.
Джуманджи улыбнулся и пошел ему навстречу, медленно и не торопясь.
Он закурил золотистую сигарету, внезапно осознав, что мистеру Блэк, пожалуй, даже все равно, принес ему Джуманджи деньги или нет.
Ну что ж, - подумал Джуманджи, - а теперь, наверное, придется изобразить мертвое дерево.
На середине моста, он остановился и не торопясь, приклеил последний нарисованный вкладыш к перилам моста.
На вкладыше, как всегда, был нарисован Маленький Принц, он держал в руках желтую увядшую розу.
Если б кто-нибудь посмотрел на рисунок сквозь увеличительное стекло, то он бы увидел, что по щекам Маленького Принца текут слезы.
В конце-концов, даже мальчикам с бесконечно далеких звезд, иногда приходится плакать.

16.09.07.

криминальная россия
[info]kurashev
я постоянно смотрю передачи на криминальные темы - меня интересуют смерть и страдания - в сущности это довольно немногое что имеет смысл
я много раз сталкивался с правоохранительными органами и вряд ли могу сказать что-то хорошее -у меня много раз вымогали деньги сотрудники милиции в юности отец меня отмазал от квартирной кражи так как он был юристом и имел связи причем очень просто даже без денег
я становился жертвой ограбления и разбоя во взрослом возрасте и всякий раз милиция подозревала именно меня в чем-то
когда моего отца убили - к нам с матерью (потерпевшим) сотрудники правоохранительных органов относились хуже чем к убийцам
единственное что я могу вспомнить хорошего это когда в 1989 году (мне было 13 лет) меня на улице ограбили человек пять подростков чуть старше меня (у меня были джинсы и 15 рублей которые мне дала мать) причем - благословенное время - они меня завели в подьезд сняли джинсы отобрали деньги и кстати дали взамен другие штаны чтобы я мог дойти до дома
я запомнил ночь в отделение милиции Железнодорожного района (оно раньше находилось в ДК Железнодорожников, как сейчас не знаю) где какой-то усталый оперативник показывал мне бесконечные фотографии гопников
где-то через год этих людей задержали и более того мне даже вернули джинсы которые до сих пор носил один из этих людей и 15 рублей
такие дела
мне отчего-то врезалось в память две сентенции - одна - какого-то обычного серийного убийцы - вот вы говорите что я ненормален невменяем и так далее но кто вам дал право судить о том кто нормален а кто - нет
и второе - убийцы Устиновича - подонка и дегенерата - он сказал - раз вы не можете вернуть жизнь мертвым зачем судить живых? и еще он сказал что в сущности то что произошло между им и теми кого он убил это - частное дело
то есть дело которое случилось - только между ним и этим человеком
и это довольно глубокая мысль
это о смысле профессиональных органов правопорядка
не секрет что нынешний уголовный кодекс и пенитациарная система скорее провоцируют рост преступлений нежели предотвращают их
несть числа примеров этому
самый яркий который приходит на память это один недавний педофил первое изнасилование - 2 года через полгода УДО, второе - 4 года через полтора года УДО, потом четыре убийства малолетних девочек - пожизненное
и как сказала одна из матерей убитых - государство словно бы поощряет этих людей одобряет их и у меня есть только в сущности одно право - продолжать работать платить налоги чтобы этот человек ни в чем не нуждался в тюрьме
рецепт только один - восстановить смертную казнь
пока это не произойдет у нас не будет правового государства
мне понравилась одна история во времена Хрущева когда сам генсек настоял на смертном приговоре одному 14-летнему убийце двух человек с особой жестокостью - причем этот человек был абсолютно убежден что его ждет только колония для несовершенолетних - и этим и обьяснялась его особенная жестокость
Устинович - подонок и мразь - имел в виду именно это - око за око - что только это и имеет смысл - и если бы родственники убитых им обьявили бы ему вендетту и убили его то он бы не протестовал - в этом была бы справедливость - а правоохранительные органы - у них во первых заключен договор с люксембургом и бельгией - двумя очень влиятельными странами - о моратории на смертную казнь - и - что более важно - тюрьмы для приговоренных пожизненно - уже построены - на их содержание из бюджета отпущены средства - и что тут уж поделать - и Устинович - человек, который убивал просто так - сидит там ожидая какой-то амнистии в честь чего-либо - и - он уже давно обратился к Богу - как впрочем и все остальные...

7.06.09.

Екатеринбург, жара.
[info]kurashev
Вчера утром - жара, пью водку на кухне, жена, к сожалению, дома, так что вялотекущий скандал.
Играю - на гитаре - старые песни Аквариума - "Древняя кровь" "Рождественская" "Тяжелый танцор" "Она моя драма" "Она может двигать".
Читаю Сименона - между рюмками - "Мегрэ ищет голову" - он очень тих и скромен - и это мой любимый роман Сименона, никакой интриги там нет, убийца - тихая алкоголичка - известна чуть ли не с первой страницы, и вся книга напоена какой-то усталостью и бессмысленностью.
Зарегистрировался на форуме прогрессивных алкоголиков, люди там мало приятные и мало похожие на алкоголиков, у нас в подьезде есть несколько бомжей-алкоголиков, один из них - который никак не умирает - спит на площадке первого этажа, иногда когда он приходит в сознание, я встречаю его стоящим на крыльце - эй-эй, братан,земеля, слышь...
Я, не отвечая, прохожу мимо, в моих наушниках - vanessa или jackson.
Я иду в магазин, за водкой.
Жалко, что у него нет интернета.

(no subject)
[info]kurashev
собираюсь фотографировать граффити
вот соберусь с силами есть очень много мест в городе с великолепными надписями
скоро опубликую

окраины
[info]kurashev
вчера вечером был как обычно задержан ППС причем что странно в компании своей жены
я всегда ее компанию считал гарантией от мусоров и в ее обществе меня никогда не останавливали
конечно это было на Елизавет - не просто неблагополучный район города но и наверное самый криминогенный из всех
она - бедняжка - была глубоко поражена - когда меня обыскивали - с непростыми вопросами - что вы сегодня употребляли - чей это у вас телефон - купили в магазине или подарок знакомого друга - русский ли вы по национальности - почему нет с собой документов - где проживаем - зачем здесь находимся
я отвечал привычно стандартно - паспорта нет с собой русский (ложь) прописан трезвый и так далее
куда ты колешься то братан - я снял куртку - посмотрели локтевые сгибы потом вены на ногах
потом дошла очередь до жены - разве она похожа на наркоманку? возмутился я - ее они все-таки обыскивать не стали - заставили зачем-то раскрыть зонт который она - предусмотрительная душа -взяла с собой (дождь и вправду позже пошел)
она была глубоко поражена
че-ты так нервничаешь то? - периодически спрашивал меня главный из них видимо владеющий первыми зачатками психологического воздействия
я толерантно отвечал что мы просто торопимся успеть в одно место до 10
за дозой? - спросил один из них (с дегенеративной внешностью)
я - (преодолев в душе все возможные остроумные ответы) - сказал - нет не за дозой...
потом они передали все наши данные и данные телефонов в центр (тут просто типа наркоманы людей все время разводят опускают на деньги на телефоны туда-сюда сказал мне главный ожидая ответа мужчина и женщина что ли спросил я поддерживая беседу да по всякому блядь сказал главный и мужчины и женщины)
потом они дождались ответа и оставили нас в покое
что же это творится то сказала моя жена это же просто ужас какой-то...

31.05.09.

Home